Воскресенье, 14 Апреля 2019 14:26

Вчера и сегодня Константина Наруты

Автор
Приятные черты лица, открытая улыбка, мягкий взгляд, спокойный голос... Под обаяние Константина Иосифовича попадаешь с первой минуты разговора с ним. Но, несмотря на всю простоту и легкость общения (а возможно, и благодаря им), сразу приходит понимание, что общаешься с человеком масштабным и неординарным. 

С человеком, этапы жизни которого напрямую связаны с судьбой страны, области, района, родного хозяйства, которому он отдал всю свою трудовую деятельность. С человеком, который оставил глубокий и благотворный след, как на родной земле, так и в судьбах окружающих его людей. Дальнейшее общение лишь усиливает и окрашивает разными красками эти впечатления.

Война не прошла мимо

Говорят, время лечит раны. Константин Иосифович согласен с этим, но уточняет, что «лечит, да не конца залечивает». Особенно больное не забывается, не стирается из памяти. Так, он никогда не забудет первый день войны. День красочный, светлый, ясный. День страшный, тревожный, черный:

— Мне было тогда 7 лет, я вместе с другими гледневичскими детьми играл на деревенской улице. Часов в 10 над деревней Черлена (там находился запасной аэродром) началось сильное движение. И взрослые, и дети часто смотрели на небо. Наблюдали. Сначала посчитали, что это учебные маневры. Но оказалось — вой­на. Я смутно помню то время. Больше всего в мою детскую память запало, что люди какими-то необычными, другими стали — мужчины говорили тише, женщины незаметно плакали. И хоть я знал, что война — это страшно, но весь ужас происходящего осознать тогда не мог. Самым страшным для меня стала невозможность пойти осенью 1941 года во второй класс полюбившейся школы.

Зато День победы он помнит отлично:

— 9 мая мы с друзьями пасли коров на лугу. Тоже был очень красивый погожий день. Кто-то проходил мимо, подозвал нас и сказал радостно: «война закончилась». Мы «ура» закричали. Коров пораньше домой погнали. Деревню было не узнать. Все люди находились на улице, оживленно беседовали. Слова «война закончилась» слышались особенно часто, как будто людям доставляло огромное удовольствие повторять их снова и снова. Многие односельчане плакали. И от радости, что свободны, и от горя, что не дождались близких. Хотя у каждой семьи, даже у тех, кто получил «похоронки», теплилась надежда, что их муж, отец, или сын все-таки вернется с войны.

Кто-то вернулся, кто-то нет. Семья Наруты не дождалась отца, который был отправлен немцами, как депутат и активист, то есть, человек «неблагонадежный», в концлагерь в Штутгарте. Там он и умер, не дожив несколько дней до победы. Семья Иосифа Васильевича Наруты после войны узнавала про судьбу узника. Оказалось, что 4 мая 1945 года он еще числился в списке живых, а 5 — уже был из этого списка вычеркнут. И все. Других сведений представлено не было.

Костя, несмотря на то, что был «переростком», в первую послевоенную осень возобновил учебу в школе, пошел во 2-й класс. В 1951 году закончил семилетку. Говорит, что процесс учебы был настолько интересным для него, что желание учиться дальше преобладало у юноши над всем остальным. Этой мечте не суждено было сбыться. Продолжить учебу не позволило материальное положение семьи.

Поэтому в конце весны 1951 года Константин устроился работать в колхоз на полевые работы. Было ему тогда 17 лет.

История в истории

— Моя история — это история хозяйства «Волпа», — уверенно говорит Константин Иосифович, подкрепляя утверждение рассказом.

В начале его трудовой дея­тельности в каждой деревне был свой колхоз. Потому первый год парень работал в колхозе «Гледневичи»:

— Днем молотили зерно, вечером загружали его в мешки и везли на повозке в Россь, где сдавали на госпоставку. Несколько часов на сон — и снова на поле. Молодость и желание приносить пользу прибавляло сил, не позволяло чувствовать усталость. Хотелось не просто работать, но и получать максимально возможные результаты, — характеризует начало карьеры земледельца Константин Иосифович.

А уже в следующем году несколько мелких колхозов были объединены в один, названный «Совет мира».

— Председателем был Иван Никитич Ермаков. Я хотел работать на поле, но меня направили в контору, чтобы начислять трудодни, подсчитывать, кто что сделал и в каком количестве. А затем — в бухгалтерскую школу, после которой пришлось 2 года проработать главным бухгалтером.

В этой должности молодой человек пробыл до службы в армии. Когда призвали в военно-морской флот, отдавать долг Родине шел охотно. Смущал несколько тот факт, что на 4 года будет оторван от родной земли. В прямом смысле слова, так как служил подводником.

После демобилизации, в период работы по направлению партии, в ревизионной группе райземотдела (так называлось нынешнее управление сельского хозяйства и продовольствия) познакомился и сдружился с тогдашним секретарем райкома партии Евдокимом Леонтьевичем Петуховым. Эта дружба, началу которой послужил тот факт, что Петухов был закреплен за родным Наруте колхозом, стала решающим фактором в окончательном выборе Константином Иосифовичем профессии. Молодые работники вместе выезжали на собрания, помогали колхозникам в делах, решали вопросы с семенами, запчастями и пр. В то время транспорта почти не было, поэтому Петухов не раз оставался ночевать у Наруты.

— Мы спали на одной кровати, ели из одной миски, были почти как братья. Вскоре колхоз «Совет мира» объединили с колхозом «Заветы Ильича», центр которого находился в Волпе. А председателем объединенного хозяйства стал мой друг Петухов. Он попросил меня пойти к нему в заместители. Я согласился, в основном потому, что хотел работать на земле. Помню, как составляли мы вместе первый перспективный пятилетний план развития колхоза, как искали возможности внедрения его в жизнь, как организовывали людей, — вспоминает мой собеседник.

Однако работа его не совсем устраивала. Говорит, приходилось думать обо всем, но ни о чем конкретно. Делать все, но ничего конкретно. То есть, не видно было результатов труда. А потому он пошел к председателю  и на правах друга попросил другую работу — бригадиром в самую отстающую полеводческую бригаду колхоза. К которой чуть позже было присоединено еще несколько слабых полеводческих бригад, в результате чего возник первый в «Заветах Ильича» производственный участок. Соответственно, Константин ­Иосифович Нарута стал первым заведующим первым производственным участком.

Профессия по призванию

Не прошло и года, как отстающий производственный участок стал лучшим не только в хозяйстве (на то время было три), но и в районе.

— Большие площади тогда отводились под картофель. На моем участке эта культура занимала больше 60 гектаров. Выращивание картофеля в то время, при почти полном отсутствии механизации, было тяжелым и трудоемким процессом. На всех этапах — работа кропотливая. И только ручная: посадка, прополка, окучивание, копка, переборка и т. д. Спасало то, что в деревнях жило много людей, работающих в колхозе, — рассказал Константин Иосифович.

Про «второй хлеб» он думал тогда и днем, и ночью. Зная, что технология его возделывания практически не меняется, мечтал придумать что-то новое, передовое, новаторское, чтобы облегчить труд и получить максимальный урожай. Были у него и такие новшества, которые перенимали другие хозяйства.

На участке Наруты из года в год высаживались экспериментальные сорта, из которых заведующий выбирал сорта «под свои земли». В итоге картофель «из Волпы» пользовался высоким спросом.

Много внимания уделял Константин Иосифович и другим культурам. Не имея агрономического образования, он был до такой степени агрономом, что знал о растениях каждую мелочь. Тем более что и хобби у него было под стать работе — увлекался выращиванием томатов. Ему не раз предлагали перейти в агрономы, даже стать главным агрономом района.

— Я не соглашался, так как то, чем занимался у себя, мне доставляло огромное удовольствие. Не понимаю, как могло получиться, что я поддался на уговоры стать председателем сельисполкома и сельсовета после 12 лет работы в должности заведующего производственным участком. Вероятно,  переоценил свои возможности и согласился в надежде принести много пользы для сельчан. Пожалел почти сразу, так как в новой должности было, если сказать коротко, отчетов много, а толку мало. Еле выдержал четыре года, затем попросил замены и освобождения от должности. Услышали, — вспоминает Константин Иосифович.

И вновь он пошел заведовать сельскохозяйственным производственным участком. И вновь взял самый отстающий из трех имеющихся в колхозе. И снова вывел его в лучшие. И снова 18 лет, до самой пенсии, все свои силы, умения и знания вкладывал в землю-матушку. А она благодарила его хорошими урожаями.

По мнению бывшего заведующего, большую роль в успехе играли люди, простые работники, к которым он неизменно относился уважительно:

— За 33 года работы ни одного человека не наказал.

Константин Иосифович Нарута за свою трудовую деятельность был награжден шестью Правительственными наградами — орденом «Знак Почета», медалью «За доблестный труд», медалью ВДНХ СССР «За высокие показатели в производстве сахарной свеклы», нагрудным знаком «Отличник социалистического сельского хозяйства» и двумя грамотами Верховного Совета БССР.

Счастье быть мужем, отцом, дедушкой

В молодости Константин Иосифович считал, что главное в жизни счастье — это любимая работа. В 28 лет, женившись на любимой девушке Тоне, он открыл для себя другое, равноценное первому счастье — семью. Антонина Григорьевна родилась в Зельвенском районе, в Волпу при­ехала работать по распределению библиотекарем. Молодые люди понравились друг другу с первого взгляда.

— Как только увидела Костю, сразу поняла, что он тот, о ком мечтала. Осознала, что мы созданы друг для друга, как говорят — две половинки одного целого, — вспомнила пожилая нынче женщина.

А в то время, в 1962 году, она была молода, красива, добра и умна. И необычайно счастлива.

— Свадьбу мы сыграли как раз в мой день рождения, 4 марта. Сразу стали строить дом в Волпе. Все сами делали, от проекта до забора, — дополнил муж.

Семейную жизнь этой пары можно охарактеризовать выражением «тихое счастье». У них не было ссор, не было выяснения отношений. Они любили, ценили и уважали друг друга, считая, что лучше отказать себе в чем-то, чем расстроить вторую половинку. И теперь их отношения не изменились. Находясь на заслуженном отдыхе, ни он, ни она не любят и не хотят «сидеть сложа руки». По их дому и приусадебному участку сразу скажешь, что живут здесь аккуратные и работящие люди.

Вспоминая прожитые годы, Константин Иосифович и Антонина Григорьевна говорят, что время пролетело как один миг. Быстро выросли дети, стали взрослыми внуки, появились правнуки. О своих наследниках супруги могут говорить часами. Четверо детей Наруты — Людмила, Вячеслав, Сергей и Наталья, выросли достойными людьми. Вячес­лав, например, окончил школу с золотой медалью, академию в Горках с красным дипломом, Академию управления при Президенте Респуб­лики Беларусь тоже с красным дипломом… Высшее образование и у остальных детей и внуков. Младшая дочь мастерски вышивает иконы бисером. Кстати, рамки для них делает Константин Иосифович. После выхода на пенсию он неожиданно для себя увлекся резьбой по дереву. Сейчас это является его постоянным хобби. Иконостасы, которые он сделал для себя и для сына, являются настоящими произведениями искусства. А кровати из массива ясеня, которые он смастерил для внуков, отличаются не только внешним видом, но и удобством. Внучка из Минска уверяет, что каждый ее знакомый, который видел сделанную дедушкой кровать, хотел бы приобрести такую же для себя.

Особую гордость доставляет бабушке и дедушке тот факт, что у внучки Оли, дочери Вячеслава, есть грамота, подписанная Александром Григорьевичем Лукашенко. А один из внуков Наруты женился на внучке Василя Быкова. Так что в их маленьком правнуке в равной мере смешалась кровь умелого полевода и известного писателя.

Прочитано 68 раз Печать