В дождь и снег, в жару и стужу, в любое время суток с тяжелым чемоданом, полным инструментов, назначение которых непонятно непосвященному человеку, она спешит на место преступления. Татьяна Андрушко — старший эксперт-криминалист Волковысского межрайонного отдела Государственного комитета судебных экспертиз. Ее главное оружие — внимание к деталям, которое помогает увидеть то, что скрыто, и превратить невидимое в неопровержимое доказательство.

Выбор по силам и по душе

Еще в школе Татьяна решила, что будет служить в правоохранительных органах. Она никогда не делила профессии на мужские и женские, считая, что дело нужно выбирать не по гендерному признаку, а по силам и по душе. Поэтому без сомнений подала документы в Академию МВД на специальность «оперативно-розыскная деятельность». Отучившись, пришла на службу в криминальную милицию Свислочского РОВД.

— Работа была интересной, но не такой разнообразной, как представлялось. Поэтому со временем захотелось попробовать себя в чем-то еще, но при этом остаться в криминалистике. Самой подходящей была работа эксперта, — вспоминает Татьяна свой путь в ГКСЭ.

В 2014 году Татьяна перевелась в Волковысский межрайотдел Государственного комитета судебных экспертиз. Для этого ей пришлось пройти переподготовку и получить необходимые допуски. Ее специализация — дактилоскопическая и трассологическая экспертизы. Это поистине ювелирная работа, требующая внимания, аккуратности и точности. Но прежде, чем провести исследование какого-либо следа, его нужно найти и изъять. Поэтому ни один выезд на место происшествия не обходится без эксперта-криминалиста.

— Моя задача — зафиксировать обстановку на месте происшествия, обнаружить, выявить и изъять следы и объекты, которые впоследствии помогут установить обстоятельства произошедшего и виновных, — объясняет Татьяна. — С помощью специального порошка эксперт выявляет следы рук и копирует их на дактопленку, изготавливает гипсовые слепки следов обуви и шин, составляет подробные схемы места происшествия и фототаблицы, упаковывает улики, строго соблюдая установленные требования. Любой изъятый след может стать вещественным доказательством только при правильной фиксации и документировании.

Женский взгляд и машинное зрение

С каждым годом возможности экспертов растут. Благодаря новым технологиям появляются новые методики, которые позволяют раскрывать преступления прошлых лет, числившиеся в списке «глухарей». Сегодня заново исследуются объекты, найденные на месте преступлений, и во многих случаях удается получать новую полезную информацию. Идет активная работа по формированию учета данных, которые могут представлять оперативный интерес.

— Новые методики позволяют нам быстро сравнивать следы, изъятые в разных регионах, — рассказывает эксперт. — С помощью смартфона со специальным программным обеспечением мы можем сразу же оцифровать изъятые следы и проверить по базе данных. Часто еще до окончания работы на месте происшествия мы получаем ответ. Это значит, что преступление может быть раскрыто по горячим следам, а подозреваемый будет оперативно задержан и не успеет сбыть похищенное или уничтожить вещественные доказательства. Кроме того, с этого года активно используется «машинное зрение», внедряется искусственный интеллект для обработки данных. Недавно я была на стажировке в Минске, и нам показывали, как ежедневно специалисты совершенствуют ИИ для того, чтобы «машинное зрение» работало максимально эффективно.

Тем не менее, главным «инструментом» остается человек. Эксперт, который должен отыскать следы на месте преступления, правильно их изъять и зафиксировать. Только после этого они попадут в базу данных и будут обработаны системой и искусственным интеллектом.

Долгое время криминалистика считалась сугубо мужской сферой. Однако сегодня женщины успешно работают в этой области и даже имеют некоторые преимущества.

Например, именно женщины чаще всего проводят дактилоскопическую, трассологическую и почерковедческую экспертизы, требующие усидчивости и длительной концентрации внимания. Женский взгляд позволяет видеть общую картину, удерживая в фокусе сотни мелких деталей. А стрессоустойчивость женщин в экстремальных ситуациях не уступает, а порой и превосходит мужскую.

— Не все так романтично и красиво в этой работе, как показывают в фильмах, — признается Татьяна. — Наоборот, наверное, больше неприятных моментов. Потому что работа экспертов, как и сотрудников милиции, чаще связана с бедой. Когда у людей случается что-то хорошее, они милицию не вызывают. И нам приходится общаться с людьми в трудные и неприятные для них минуты. В таких ситуациях специалист должен уметь, оставив эмоции, хорошо и качественно выполнить свою работу.

В ГКСЭ работает немало женщин, особенно среди судебных медиков и специалистов, которые проводят биологические экспертизы. Но в основном они люди гражданские. Среди экспертов в погонах женщин не так уж много, потому что физически это все же тяжелая работа. Взять, хотя бы нагрузки: криминалистический чемодан весит от 10 до 15 кг, плюс сумка с гипсом — это еще 2—3 килограмма, и 2—3 литра воды. Итого около 20 кг составляет «багаж» эксперта, который приходится нести до места происшествия в руках порой за много километров, по пересеченной местности, куда машина не может доехать. Так что кроме железных нервов эксперту нужно иметь еще и железные мускулы.

Следы не лгут

Как один из самых опытных сотрудников, Татьяна также осуществляет контрольно-методическую работу:

— Если простыми словами, то я проверяю выводы по экспертизам, которые проводят мои коллеги. Такая работа проводится в отношении всех экспертиз, которые мы выполняем, чтобы исключить ошибочные выводы. Эксперт не может ошибиться. Любая ошибка ставит под сомнение ценность этих исследований, возможность их использования в качестве доказательства. Суд должен знать, что в выводах эксперта он может быть уверен на 100 процентов. Когда общество видит, что расследования опираются на передовую науку, беспристрастность и профессионализм, вера в закон и порядок укрепляется, — считает Татьяна.

Руки эксперта в латексных перчатках касаются того, на что другие боятся даже посмотреть. Это профессия для сильных духом, где гендер не важен, а имеет значение лишь одно: способность заставить немые улики заговорить языком истины. Заключение эксперта становится тем самым надежным фундаментом, на котором строится обвинение или, наоборот, оправдание. Человеческая память может подвести, свидетели могут обмануть, и только следы не лгут. Главное — уметь их «прочитать».