Суббота, 09 Ноября 2019 16:47

В одной старинной деревеньке. О Хатьковцах и ее коренных жителях

Автор
В восьми с половиной километрах южнее Волковыска, в живописном месте, где гармонично собрались леса, поля, речки, озера, возвышенности, низинки, расположилась деревня Хатьковцы. При въезде в нее сразу вспомнились слова из мультфильма «Простоквашино» — «Если бы у меня была вторая жизнь, я бы провела ее здесь». Судите сами, почему.

Вчера и сегодня

Населенный пункт под названием Хатьковцы известен с начала 17 века как деревня Волковысского уезда Новогрудского воеводства Великого княжества Литовского. В разное время местечком владели Юндзиллы и Белозеры, дворянские фамилии, давшие миру известных ученых и просветителей. В 1796 году деревня перешла к панам Ельским, во владении которых оставались вплоть до советского времени. Старожилы Хатьковцев до сих пор помнят последних Ельских, мать и дочерей, которые жили в их деревне до переезда в Польшу в начале Второй мировой войны. До сих пор сохранились руины панского замка и хозпостроек, одна из которых, кухня, находится в почти первозданном виде.

Сейчас в этом здании, поделенном на три квартиры, живут обычные семьи. То место, где располагался особняк Ельских, носит до сих пор название «Двор» и находится между двумя Хатьковцами — Новыми и Старыми. Точнее, изначально слова «старые» в названии деревни никто не употреблял, появилось оно только тогда, когда перед «Двором» возникли Хатьковцы «новые». И то только в народной версии, не официальной.

К слову, когда речь заходит о деревне Хатьковцы или даже о сельхозпредприятии с аналогичным названием, то мысль цепляется именно за деревню Новые Хатьковцы, которая расположена сразу за городом, если ехать в сторону Порозова. А просто о Хатьковцах, вероятно, даже слышал мало кто, хотя эта довольно большая деревня. И неописуемо красивая, я бы даже сказала, что равных ей в этом плане в нашем (и не только) районе не сыскать. А еще здесь тихо. И воздух чистый-пречистый — не надышишься. Вероятно, из-за этого она не входит и вряд ли войдет в разряд умирающих деревень. Хотя есть здесь и старые хаты, где живут старики, и дома с заколоченными ставнями, и вновь отстроенные дома, и строящиеся сейчас.

Немного статистики. В 1836 году деревня насчитывала 27 дворов и 213 жителей. В 1897 — 56 и 251 соответственно. Однако, начиная с этого года, в деревню Хатьковцы входит «двор», в котором проживало вместе с хозяевами 98 человек. Для удобства сельчан тогдашних лет здесь были построены продовольственная лавка и водяная мельница. В 1905 году в деревне проживало 360 жителей, а во «дворе» — 23.

В сентябре 1915 года деревня была оккупирована войсками кайзеровской Германии, а с февраля 1919 — польскими войсками. В то время Хатьковцы относились к Бискупцовской гмине Волковысского уезда Белостокского воеводства. В 1939 году деревня насчитывала 96 дворов и 598 жителей. В 1959 году в деревне проживало 450 человек, в 1970 — 459. На начало нынешнего века в Хатьковцах насчитывалось 166 хозяйств, вели которые 407 сельчан. Не менялись эти цифры примерно пять лет. А потом население деревни резко пошло на спад, и к 2011 году уменьшилось почти в 4 раза. Сегодня здесь зарегистрировано 46 домовладений, в которых проживает 77 человек. Правда, цифра эта весьма относительна, потому что не учитывает так называемых «дачников», многие из которых (их количество растет) живут в деревне почти постоянно.

Откуда пошло название деревни, даже старожилы не помнят. Но сходятся во мнении, что от слова «хата». Мол, построили первые жители несколько хатенок и не стали особо заморачиваться про название. Правда, есть и другая версия, согласно которой местечко получило название от фамилии первого пана, здесь проживавшего, — Хатькур.

 

Неравнодушие

Со старостой Хатьковцев Павлом Габриельчиком мы медленно проезжали по деревенской улице.

— Это особенное место, — с таких слов начал рассказ о своей малой родине Павел Петрович. — Вокруг других деревень зачастую одни поля расположены, а нашу — со всех сторон леса и водоемы окружают. Как следствие — пьянящий запах природы, грибы с ранней весны до поздней осени, рыба водится, а собственное озеро можно практически в каждом дворе соорудить. Особенно с той стороны деревни, где есть выход к речке. Поэтому и брошенных, невыкупленных домов там почти не осталось…

Рассказывать про родные места Павел может много и интересно. И про то, что было. И про то, что есть. И про то, что будет, или, точнее — может быть. И мелькают перед глазами картины. Как горела в начале войны усадьба Ельских. Теперь о существовании некогда богатого имения напоминают руины особняка и придомовых построек. Как бегали советские детишки купаться в широкую речку с прозрачной водой. Сейчас эта речка, верное название которой стерлось у всех из памяти, зарастает порослью. Как весело проводила молодежь 80-х время на самодельных площадках — футбольной и танцевальной. Сейчас про расположение этих оживленных деревенских мест знают только старожилы…

Слушая Павла, понимаешь, что нет для него на земле ничего дороже этой деревеньки, красоту которой не могли испортить ни постройки в заповедных местах (пример — мехмастерская на берегу реки), ни уничтожение помещичьего духа (замок пани Ельской), ни отсутствие денег на сохранение оставшейся красоты (расчистить речки-озера, вырубить растительность). За все болит душа у старосты деревни. Все волнующие вопросы он пробует решить. Но, как известно, один в поле не воин. Чтобы ситуация не ухудшалась, он ищет помощь и поддержку как у односельчан, так и в организациях, ответственных за деревню. Сейчас, например, Павел Петрович озабочен состоянием деревенской дороги, но которой частично был когда-то положен асфальт.

— Мы понимаем, что новое асфальтовое покрытие — это накладно. Но подремонтировать имеющееся просто необходимо. А то дорога совсем в негодность приходит. Что не удивительно. По деревне ездит тяжелогрузная сельскохозяйственная техника, хотя и объездная дорога существует, — в сердцах поведал староста. Вместе с остальными жителями деревни он надеется на разрешение этой ситуации в пользу родной деревеньки.

Павел — коренной житель Хатьковцев, испокон веков здесь жили его родители, прадеды, прапрадеды. Так что любовь к этому удивительному местечку передалась ему генетически. Учеба в областном центре на радиотелемастера ее не уменьшила. После женитьбы и рождения дочери на семейном совете было принято решение переехать в Хатьковцы. Достроив отдельный вход в родительском доме Павла, стали сельчанами. Ни разу об этом не пожалели.

— Хотелось бы, чтобы Оля, единственная наша дочь, жила здесь. Или хотя бы чаще приезжала сюда с семьей из Слонима. Чтобы внук Ромка наслаждался чистым воздухом, — мечтает хатьковский староста. Возможно, его мечтам суждено будет сбыться, когда деревня приобретет новую жизнь. Начало которой уже положено.

Благодаря близости к районным центрам — Волковыску и Свислочи, а также высокой экологичности, Хатьковцы окончательно распрощались со статусом потенциально умирающей деревни. Хотя одно время находились на грани умирания. Потом у горожан, особенно уроженцев этой деревни, глаза открылись. И начали они или приводить свои наследственные дома в порядок, или продавать. Сейчас новостройки почти сравнялись по количеству со старыми домами. Почти на окраине деревни кузен старосты Иван Филипчик выкупил немалую ее часть. И начал приводить в порядок. Сначала родительский дом и прилегающую к нему территорию. Затем приступил к другим домам, расположенным по соседству и ставшим его собственностью. В итоге получился отличный ухоженный экоуголок. Возле большинства домов — озера. За ними — речка. А по другую сторону лес — красивый, чистый, грибной.

— Иван — мой родственник. Ему 60 лет, работает в Петербурге. Он выкупил дома с участками и содержит их в идеальном порядке не для того, чтобы богатеть. У Ивана одна цель — предотвратить запустение родной деревни, ее одичание и разрушение, — рассказал староста. Поступок брата ему понятен и близок. Впрочем, не только ему.

Едем по деревенской улице, староста показывает каждый дом, немного рассказывая его историю. Вот этот дом некоторое время заколоченным стоял. А потом люди из Мурманска его купили. Перестроили, обустроили, полюбили. Такая же участь и у этого дома. Его тоже мурманчане облюбовали, сделали жилым и красивым. Много хатьковских домов, которые стояли с заколоченным окнами, обрели новую жизнь. И новых хозяев, которые или постоянно в них проживают, или временно. Но есть и такие дома и участки, уход за которыми недостаточный. Они, как правило, принадлежат наследникам, которые к приобретенной собственности относятся безответственно — заботиться не хочется, а продавать жалко.

 

Это жизнь

Ядвига Казимировна Отока по праву считает себя местной, хотя родилась в Белостоке. Когда ее родители поженились, то решили жить на родине отца. Недолго там прожили, до тех пор, пока не слегли родители матери Ядвиги. Чтобы ухаживать за ними, семья из шести человек, родители и четверо детей, вернулись на родину жены. Навсегда.

— Бабушка и дедушка скоро умерли. За ними папа погиб, а следом и мама умерла. Остались мы не то что круглыми сиротами, а полными: ни бабушек-дедушек, ни близких дядей-тетей… Мне было 12 лет, старшему брату Гене — 15, младшему Марьяну — 9, а маленькой сестре еще и шести не исполнилось. Так и жили. Бывало, соседи навещали, помогали по мере сил. Но мы привыкли и скоро сами со всем справлялись, — вспоминает пожилая  женщина.

Она в свои 12 лет стала полноценной хозяйкой дома, на плечи которой легли все женские заботы. Дома у нее всегда прибрано было, хлеб испечен, щи наварены, младшие дети досмотрены. Старший брат, конечно, помогал. Он считался хозяином дома. Умудрялись взрослые дети и огород сажать, и кое-какую живность держать. Без этого в то время выжить невозможно было.

Когда уже, казалось, все стало налаживаться — она сама и Марьян устроились в колхоз работать, Гена в армию ушел, судьба новые испытания для девочки приготовила.

— Он пришел с армии больным, а вскоре умер. Следом Марьяна смерть забрала — пошел коров пасти, попал под сильную грозу и погиб от удара молнии. Еще и 16 ему не исполнилось. Так мы с Даной остались вдвоем. А потом замуж повыходили.

Вероятно, судьба пришла к выводу, что достаточно было испытаний для девочек. А потому взрослая жизнь у них складывалась хорошо. Ядвига вышла замуж за односельчанина Виктора, хорошего, работящего парня, который ей искренне нравился. Он механизатором в колхозе работал, на хорошем счету числился. Она — как пошла в животноводство с детства, можно сказать, так и проработала до пенсии. И не просто работала, а была лучшей из лучших в своей отрасли. Об этом свидетельствуют многочисленные награды, в числе которых и орден Трудовой Славы.

— Конечно, работа тяжелая была, не то, что теперь. Приходилось делать буквально все: и доить коров, и кормить, и корма разносить, и разгружать… И все вручную. Но работы я не боялась. А жилось тогда весело, молодежи много, детей. Казалось, что в деревне всегда так будет. А тут вот как получается, — взгрустнула Ядвига Казимировна.

Хотя для грусти у нее нет причин. На свой возраст, 86 лет, она неплохо себя чувствует. Сын Леонид, дочери Мария и Дана, а также 6 внуков и 7 правнуков часто приезжают к любимой мамочке и бабушке, готовы взять на себя любые заботы и хлопоты. Но Ядвига Казимировна и сама любит за огородом ухаживать. Держит курочек. Интересуется тем, что происходит в мире.    

— Не знаю, что будет с деревней. Благодаря Ивану Филипчику, она становится новой, красивой. Постоянно в заботах про деревню и нас, ее жителях, Павел Габриельчик, наш староста. Может, и потянутся люди сюда, потому что каждому хочется в красоте и доброте жить, — рассуждает пожилая сельчанка. Особенно она радуется тому, что есть где и пока еще есть с кем молиться. Теперь для нее это главное.

Прочитано 475 раз Печать